Сиреночка - Страница 3

1 1 1 1 1 Рейтинг 4.20 [5 Голоса (ов)]

Сиреночка (сказка Александра Дюма)


Человеческое воображение, дорогие дети, не в силах представить, что такое бал во дворце морского царя. Стены и потолок подводного замка были сделаны из толстого, но абсолютно прозрачного стекла. Вокруг, в виде ограды, были расставлены гигантские раковины. Одни из них были бледно-розовыми, другие перламутрово-зелеными, третьи переливались всеми цветами радуги, а четвертые искрились опалом. Стены, как уже сказано, были прозрачными, и море на несколько миль в округе озарялось голубым сиянием. Неисчислимое количество громадных и крохотных рыб всевозможных цветов наблюдало за происходившим в танцевальном зале, прильнув мордочками к стеклам. Посредине огромного зала, длина каждой стены которого равнялась целой миле, протекала широкая река. В этой реке танцевали морские дамы и кавалеры, кто — аккомпанируя себе на черепаховых лирах, кто — напевая. Напев этот был столь нежен и мелодичен, что всякий слушатель согласился бы с тем, что Одиссей поступил исключительно мудро, когда залепил своим матросам уши воском, чтобы они не могли слушать пение сирен.
Невзирая на свою печаль — а может быть, благодаря ей — Сиреночка пела в тот вечер лучше обычного. Весь двор аплодировал ей, хлопая ладошами и хвостами. Сиреночке вдруг стало приятно от мысли, что такого голоса, как у нее, жители земли никогда не слышали… Но эта радостная мысль, напомнив о верхнем мире и прекрасном принце, смешалась с тоской по бессмертной душе и исчезла так же быстро, как и возникла.колдунья ведьма варит в котле
Морская царевна снова загрустила. Ей захотелось побыть одной, она выскользнула из танцевального зала и поплыла в свой сад.
«Быть может, сейчас там, наверху, — подумала она, — скользит по волнам корабль того, кому принадлежат все мои помыслы, кому я хотела бы вверить все счастье своей жизни. Я бы пожертвовала всем, только бы завоевать его любовь, ведь она может стать моей душой. Пока сестры танцуют, я найду страшную морскую колдунью, и та поможет мне советом, потому что, как уверяют, знает все».
Сиреночка покинула свой сад и поплыла в сторону водоворота, за которым жила колдунья. Маленькая царевна не только ни разу еще не заплывала туда, но даже в мыслях избегала этого места.
И действительно, местность оказалась на редкость угрюмой: ни цветов, ни водорослей, только серый песок да бурлящая вода, шумевшая, как сто мельничных колес, и затягивавшая в свое адское вращение все и вся.
Другого пути к ведьме не было. Чтобы попасть в ее логово, надо было сперва преодолеть широкую полосу горячего кипящего ила, а затем забраться в самую чащу диковинного леса. Все деревья и кусты этого леса были полипами — полурастениями-полуживотными. Стволы их были стоглавыми гидрами, а ветви — когтистыми пиявками. Все они — от корня до вершины — шевелились, и все, что им попадалось, оставалось в их объятьях навеки.
Приблизившись к опушке отвратительного леса, царевна в ужасе остановилась. От страха сердце ее заколотилось так, что едва не выскочило наружу. Сиреночка чуть не повернула обратно, но, вспомнив о принце и о душе, храбро поплыла дальше. Чтобы жуткие деревья не поймали ее за волосы, она связала их в пучок и, прижав руки к груди, как рыбка, проскользнула между рук полипов, у которых, кроме когтей, имелись еще и рты. Проплывая сквозь страшные заросли, царевна заметила огромное количество белых, как слоновая кость, человеческих скелетов, бесчисленное множество остовов кораблей, сундуков, костей земных животных и даже скелетик небольшой сирены, запутавшейся в ветвях этих чудовищных растений, которые образовали на дне ее родного моря долину еще более страшную, чем долина смерти на Яве.
Наконец, Сиреночка добралась до середины леса. Там, в центре болотистой луговины, она увидела извивавшихся жирных морских змей с животами, покрытыми бледно-желтыми, мертвенно-синими и черными пятнами.
Из гущи этих змей поднимался построенный из человечьих костей дом морской колдуньи.

III
Сидя в своем морском логове, колдунья кормила изо рта огромную жабу. Так у нас иная девушка подает губами кусочек сахара любимой канарейке… Самых толстых и липких змей морская ведьма называла своими любимцами и позволяла им обвивать свои шею и грудь.
Заметив вошедшую Сиреночку, она подняла голову. Не успела та раскрыть рот, как колдунья сказала:
— Молчи. Я знаю, зачем ты пришла… Все это глупо… потому что принесет тебе одни несчастья. Я знаю, красавица, что ты хочешь променять свой хвост на те подпорки, с помощью которых люди передвигаются по земле. Тебе это нужно для того, чтобы принц в тебя влюбился, а ты получила бы от него бессмертную душу…
И ведьма захохотала так громко, что жаба упала с ее плеча, а змеи в страхе расползлись в разные стороны.
— Надо признать, ты явилась вовремя, — продолжала она. — Завтра на утренней заре я утрачу свою силу на целый год. Но пока что время у нас есть, и я успею приготовить напиток. Ты должна будешь выпить его на известном тебе берегу прежде, чем взойдет солнце. Твой рыбий хвост исчезнет, а на его месте появится то, что люди называют ногами. Кстати, твои ножки будут очень стройными и красивыми, потому что они будут сделаны мной!.. Кроме того, у тебя останется твоя плавная походка, и ни одна танцовщица не сумеет пройтись мимо принца с большей грацией, чем ты. Но знай: каждый шаг твой принесет тебе такие страдания, как если бы ты ступала по острому лезвию или иглам. И хотя крови видно не будет, ты почувствуешь такую же боль, как если бы она текла. Коли ты готова вытерпеть все эти страдания, я возьмусь тебе помочь.
— Да! — решительно отвечала морская царевна, думавшая о юном принце и о бессмертной душе. — Да, я готова.
— Подумай еще раз, — предупредила ведьма. — Обретя вид земной девушки, ты уже никогда не сможешь стать сиреной и не вернешься к сестрам и отцу! Если же принц не полюбит тебя, то есть не забудет ради тебя мать с отцом, не предастся тебе душой и телом, если священник не соединит ваших рук, сделав вас мужем и женой, то ты не обретешь бессмертной души, а в день, когда он женится на другой, твое сердце разорвется, и ты превратишься в белую морскую пену.
— Пусть будет так, как ты сказала! — еще решительнее ответила Сиреночка, и мертвенная бледность покрыла ее лицо.
— Это еще не все, — продолжила колдунья. — Ты, конечно, понимаешь, что подобные услуги не оказываются даром. Предупреждаю: я потребую большую цену…
— Я готова на все.
— Тогда слушай. Ни у кого из морских дев нет такого сладкого голосочка, как у тебя. Именно своим медовым голоском ты рассчитываешь завоевать сердце принца… Вот он-то мне и нужен! В обмен на волшебный напиток я хочу получить самое лучшее, что у тебя есть… А чтобы этот напиток, как бритвой, отсек тебе хвост, я волью в него и часть своей крови.
— Но если я отдам свой голос, то что останется мне? — грустно спросила Сиреночка.
— Твоя красивая фигура, твоя грациозная походка, твои чудесные глаза!.. Уверяю тебя, этого достаточно, чтобы вскружить голову мужчине… Ну так что?.. Молчишь?.. Испугалась?..
— Нет! — ответила царевна. — Теперь я хочу этого больше, чем прежде…
Колдунья поставила котел на огонь и принялась за приготовление напитка.
— Чистота нужна во всем, — сказала она и, схватив несколько змей, обтерла ими котел изнутри. Затем ведьма проколола себе грудь и влила в него несколько капель своей черной крови.
Когда котел раскалился докрасна, кровь колдуньи превратилась в пар, клубы которого начали принимать невероятные очертания. Тут старуха плеснула в котел морской воды и бросила какие-то морские травы. Немного погодя, она добавила туда чего-то такого, что человеческой науке еще неведомо. Когда варево начало кипеть, раздался звук, похожий на стоны плачущего крокодила.
Наконец, напиток был готов. На глаз он совершенно ничем не отличался от кристально чистой воды горного ручья.
— Держи! — сказала колдунья. — Но сначала отдай мне свой язык.
Не проронив ни звука, Сиреночка позволила ведьме отрезать язык и получила от нее волшебный настой.
— Если полипы станут тебя хватать, — крикнула колдунья царевне, когда та уже порядочно отплыла от ее логова, — брызни на них этим напитком!
Но маленькой царевне не пришлось прибегать к этому средству. Огненный сосуд в ее руках блестел, как звезда, и напуганные этим светом полипы в страхе расступались перед ней.
Без особых приключений миновав лес, болото и водоворот, Сиреночка возвратилась домой.
Огни в танцевальном зале уже не горели. Обитатели замка давно спали. Царевна не стала никого будить, потому что теперь она была нема и, покидая родных навсегда, ничего не смогла бы сказать на прощание. Чувствовала она себя ужасно, как перед смертью, и сердце ее готово было разорваться.
Сиреночка проскользнула в дворцовый парк, сорвала по одному цветку в каждом садике сестер и, послав тысячу поцелуев замку, где спокойно спали ее отец, бабушка и сестры, поднялась на поверхность моря.
Солнце еще не вставало, когда морская дева подплыла к острову своего любимого принца. Она вползла на нижнюю ступеньку мраморной лестницы дворца.
Светила луна. Земля спала.
Сиреночка взглянула на балкон, на котором не раз видела молодого принца, и, прошептав: «Я люблю тебя», — выпила чудодейственный напиток.
В тот же миг ей показалось, что острый меч разрубил ее пополам, и она упала без чувств…Сиреночка и сирены
Когда морская царевна пришла в себя, солнце уже показалось на востоке и взирало на мир своим огненным оком. Нестерпимая боль наполняла тело Сиреночки. Но подняв голову, она увидала принца, глядевшего на нее своими черными, как агаты, глазами. В них было столько ласки, что девушка невольно потупилась. И тут она обнаружила, что вместо хвоста у нее появились ноги!.. Ноги, равных по красоте которым не имелось ни у одной из земных дев!.. Почти одновременно Сиреночка заметила, что она была совершенно голой, и поспешила прикрыться своими пышными волосами.
Принц поинтересовался, кто она и откуда прибыла на его остров. Но морская дева лишь молча смотрела на него своими темно-синими глазами. Но взор ее был так нежен, что ошибиться в смысле его выражения было невозможно. К тому же, глядя на юного принца, царевна приложила свою руку к сердцу.
Принц взял девушку за руку и повел ее во дворец. При каждом шаге Сиреночке казалось, что острые копья и кинжалы впиваются в ее ступни. Но, идя под руку с принцем, она с радостью терпела эти страдания и ступала так легко и непринужденно, что всем чудилось, что это была не девушка, а некое невесомое облако, и слова восхищения вылетали из груди приветствовавших их придворных.
Сиреночке дали великолепные атласные и шелковые одежды. Среди девушек, находившихся в замке, не было никого прекрасней ее. Но она была нема и не могла ни говорить, ни петь.
В зале появились купленные в разных странах рабыни. Встав напротив принца, они начали петь. Одна из них пела особенно хорошо, и юный принц, улыбнувшись ей, захлопал в ладоши. Эти аплодисменты и улыбка огорчили Сиреночку, ведь она могла бы спеть много лучше, если бы не отдала колдунье своего языка.
— Ах, если бы он знал, — подумала она с грустью, — что только ради того, чтобы оказаться здесь, я лишилась своего чудесного голоса…
Кончив петь, рабыни стали танцевать под аккомпанемент превосходного оркестра. Танцы их были очаровательны. Но, как вы помните, дорогие дети, Сиреночка танцевала так же превосходно, как и пела. Она встала на цыпочки и заскользила по паркету с невиданной грацией и легкостью! С каждым движением в ней открывалось что-то новое и прекрасное. А глаза ее говорили сердцам любовавшихся почти столь же красноречиво, как еще недавно голос…
Все были очарованы Сиреночкой. А принц особенно!
Слыша похвалы любимого, она танцевала все лучше и лучше, хотя при каждом прикосновении к полу ее изящные ступни пронзали острые иглы.
Когда танцы закончились, молодой князь объявил девушке, что отныне она будет неотлучно находиться при нем, и что ей будет позволено спать у его двери на бархатных подушках.
С каждым днем юноша привязывался к Сиреночке все сильнее, и ей сшили мужской костюм, чтобы она могла сопровождать его во время конных прогулок. Молодые люди скакали по лугам и лесам, дыша утренней свежестью и ароматами теплых вечеров. Ветви ласкали их плечи, а птицы пели над их головами, резвясь в зеленых кронах деревьев. Не отставая от принца ни на шаг, морская дева взбиралась на высокие горы и, хотя из ее ступней сочилась кровь, оставляя на камнях красные следы, Сиреночка с улыбкой на губах следила за стаями облаков, уносившихся в неведомые дали.