Мэри Поппинс с Вишнёвой улицы - Трэверс П. - Миссис Корри продолжение

1 1 1 1 1 Рейтинг 4.61 [44 Голоса (ов)]

Мэри Поппинс с Вишнёвой улицы (сказка-повесть)


 

Джейн с Майклом взглянули и увидели, как по огромному несчастному лицу мисс Анни катится большая слеза: но они не осмелились вмешаться — крошечная миссис Корри внушала им трепет, почти ужас. Правда, стоило миссис Корри отвернуться, Джейн улучила минуту и протянула мисс Анни свой носовой платок, который от одной слезы так намок — хоть выжимай. Мисс Анни и выжала его и только потом отдала Джейн.
— А ты, Фанни, интересно, ты тоже думала? — тонкий пронзительный голосок хлестнул вторую сестру.
— Нет, мамочка, — дрожа, ответила мисс Фанни.
— Ну, хоть ты, слава Богу, не думала! Подними это стекло!
Пляшущими пальцами мисс Фанни открыла стеклянный верх.
— А теперь, мои дорогие, — совсем другим голосом проговорила миссис Корри, глядя на Джейн с Майклом, и улыбнулась так ласково, что они устыдились: кого тут бояться — такая милая старушка, — подите сюда, мои птенчики, и выберите себе пряники, — продолжала она. — Пряники приготовлены сегодня по особому рецепту — я получила его от Альфреда Великого. Он очень хорошо стряпал, хотя, помню, печенье у него один раз подгорело. Сколько вам дать?
Джейн с Майклом посмотрели на Мэри Поппинс.
— Каждому по четыре, — сказала она. — Всего двенадцать. Значит, дюжину.
— Прибавлю ещё один и будет чёртова дюжина. — Миссис Корри озорно глянула на детей. — Ну, берите же!
И Джейн с Майклом взяли тринадцать душистых коричных пряников, у каждого наверху светилась звёздочка из золотой бумаги. Майкл не удержался и откусил от одного кусочек.
— Вкусно? — прокудахтала миссис Корри. Майкл кивнул. Миссис Корри на радостях подхватила руками юбки и пустилась в пляс.
— Ура! Ура! Восторг! Ура! — выкрикивала она тонким голосом. Наконец остановилась, и лицо её посерьёзнело.
— Но вы должны знать, я даю пряники за плату. Труд должен вознаграждаться. С каждого из вас по три пенса.
Мэри Поппинс открыла кошелёк и вынула три трёхпенсовых монетки. И дала по одной Джейн и Майклу.
— А теперь, — скомандовала миссис Корри, — приклейте монетки к моему платью. Так поступают мои покупатели.
Дети взглянули на её длинное чёрное платье. И действительно, всё оно было усеяно трёхпенсовиками, как платье принцессы бриллиантами.
— Скорее же! Подите сюда и прилепляйте, — повторила миссис Корри, потирая руки в предвкушении удовольствия. — Не бойтесь, они не попадают на пол.
Мэри Поппинс подошла первая и прижала свой трёхпенсовик к воротничку.
И что вы думаете? Он приклеился!
Тогда и они прилепили свои монетки — Джейн на правое плечо, а Майкл на левый рукав.
— Поразительно! — развела руками Джейн.
— Ничего поразительного, — хихикнула миссис Корри. — Или, вернее, не более поразительно, чем всё другое, о чём я могла бы рассказать, — и она подмигнула Мэри Поппинс.
— Боюсь, нам пора уходить, миссис Корри, — сказала Мэри Поппинс. — У нас сегодня на обед дрочена, а мне ещё предстоит её испечь. Эта миссис Брилл…
— Бедная кухарка? — спросила миссис Корри, прервав Мэри Поппинс.
— Бедная! — Мэри Поппинс презрительно фыркнула. — Я бы её по-другому назвала.Мэри Поппинс в лавке
— Ну что ж, — миссис Корри прижала указательный палец к носу и задумалась. Но скоро опять заговорила.
— Дорогая мисс Поппинс, — важно произнесла она. — Мне было очень приятно повидать вас, и я уверена, мои девочки получили от вашего визита не меньше удовольствия, — она махнула рукой в сторону двух печальных великанш. — Приходите ещё вместе с Джейн, Майклом и младенцами и не откладывайте визит в долгий ящик. Вы уверены, что донесёте пряники домой? — обратилась она к детям.

Они кивнули. Миссис Корри подошла к ним поближе — у неё на лице было странное, серьёзное, даже испытующее выражение.
— Хотела бы я знать, — сказала она мечтательно, — что вы сделаете с бумажными звёздами?
— Мы их спрячем на память, — ответила Джейн. — Мы так всегда делаем.
— Э-э… спрячете на память? А интересно, куда вы их спрячете? — миссис Корри сощурила глаза, и от этого взгляд её стал ещё более испытующим.
— Ну, свои я положу в левый верхний ящик комода под носовые платки, — сказала Джейн.
— А мои будут в коробке из-под обуви на нижней полке платяного шкафа, — поспешил добавить Майкл.
— Верхний левый ящик комода и коробка из-под обуви в платяном шкафу, — раздумчиво протянула миссис Корри, точно хотела заучить наизусть эти слова. Потом взглянула на Мэри Поппинс и слегка кивнула. Мэри Поппинс тоже ответила ей лёгким кивком. Казалось, их связывает какая-то общая тайна.
— Ну и прекрасно! — воскликнула, сияя, миссис Корри. — Вы даже не представляете, как я рада, что вы будете хранить свои звёзды! Я это запомню. Я помню решительно всё. Даже то, что бывало на обед у короля Артура каждое второе воскресенье. А теперь давайте прощаться. До скорого свидания. Са-а-амого скорого!
Голос миссис Корри становился всё тише, тише и наконец совсем смолк; и в тот же миг, не понимая, как это случилось, Джейн с Майклом очутились на улице — шли позади Мэри Поппинс, которая опять изучала свой список намеченных покупок.
Они посмотрели по сторонам, обернулись назад.
— Что это, Джейн? — удивился Майкл. — Где же лавка?
— Её нигде нет, — сказала Джейн, ища глазами древний домишко.
И они не ошиблись. Лавки не было. Как сквозь землю провалилась.
— Как странно! — воскликнула Джейн.
— Очень! — согласился Майкл. — А пряники какие вкусные.
И они стали откусывать пряники с разных сторон, превращая их то в человечка, то в цветок, то в чайник, и совсем забыли про лавку миссис Корри. А лавка и правда была очень странная.
…Вспомнили они о ней посреди ночи, когда свет везде в доме был погашен, а им полагалось видеть уже десятый сон.
— Джейн! Джейн! — прошептал Майкл. — Слышишь, кто-то идёт по лестнице, на цыпочках.
— Ш-ш-ш, — зашипела Джейн, она тоже услыхала чьито осторожные шаги.
Дверь в детскую с лёгким скрипом отворилась, и кто-то вошёл. Это была Мэри Поппинс, в пальто и шляпке, как будто она собралась гулять.
Она ходила по комнате быстрыми неслышными шагами. Джейн с Майклом наблюдали за ней, не шевелясь и смежив веки до щёлочек. Первым делом Мэри Поппинс подошла к комоду, открыла ящик и тут же закрыла его. Потом на цыпочках подошла к платяному шкафу, открыла дверцу, наклонилась и не то положила что-то, не то что-то взяла — они не рассмотрели. Послышался лёгкий стук, дверца захлопнулась, и Мэри Поппинс поспешно вышла из детской.
Майкл сел в постели.
— Что она делала? — спросил он у Джейн громким шёпотом.
— Не знаю. Может, она забыла перчатки или туфли… — Джейн вдруг замолчала. — Майкл, слышишь? — прошептала она.
Он прислушался. Откуда-то снизу, скорее всего из сада, доносились чьи-то взволнованные, приглушённые голоса.
Джейн соскочила с постели и знаком позвала Майкла. Босыми ногами прошлёпали они к окну и выглянули наружу.
За оградой на тротуаре маячили одна маленькая фигурка и две гигантские.
— Это миссис Корри с мисс Фанни и мисс Анни, — прошептала Джейн.
Да, это были они. Престранная компания! Миссис Корри вглядывалась сквозь калитку во двор дома № 17. У мисс Фанни на плечах балансировали две длинные-предлинные лестницы, у мисс Анни в одной руке было ведро с чем-то похожим на клей, а в другой — огромная малярная кисть.
Стоя у окна, задёрнутого шторой, Джейн и Майкл ясно слышали голоса ночных визитёров.
— Она запаздывает, — сердито проговорила миссис Корри.
— Может, кто-нибудь из детей заболел, — робко предположила мисс Фанни, двигая плечами, чтобы лестницы не упали, — и она не может…
— Прийти вовремя, — докончила, нервно поёживаясь, мисс Анни.
— Тихо! — приказала кипящая гневом мамаша, и Джейн с Майклом явственно услыхали, как она прошептала: «Велика жирафа, да дура», — без сомнения относя эту поговорку к дочерям.Мэри Поппинс идет по темной ночной улице
— Тс-с, — миссис Корри прислушалась, склонив по-птичьи маленькую головку.
И тотчас же входная дверь тихонько скрипнула и послышались чьи-то шаги, ступающие по гравию. Это была Мэри Поппинс с корзинкой в руке, откуда шёл слабый, таинственный свет. Миссис Корри улыбнулась и помахала рукой.

— Скорее, скорее, надо спешить! — сказала она подошедшей Мэри Поппинс и, взяв её за руку, перевела взгляд на дочерей. — Веселее смотрите, вы, двое! — И она пошла вперёд, сопровождаемая мисс Фанни и мисс Анни, которые, как ни силились смотреть веселее, ничего не могли с собой поделать. Они шли сзади, тяжело ступая и сгибаясь под тяжестью своей ноши.
Джейн с Майклом не отрывали от них глаз. Вот процессия спустилась по Вишнёвой, свернула налево и пошла вверх по склону холма. Наконец взобрались на самый верх, на поляну, поросшую травой, где не было ни одного дома, и там остановились.
Мисс Анни опустила ведро с клеем на землю, а мисс Фанни сбросила с плеч обе лестницы и поставила их так, чтобы получилась высокая, до самого неба, буква Л. И вместе с сестрой стала её держать.
— Что они собираются делать? — изумлённо воскликнул Майкл. Но Джейн ничего не ответила — ещё минута, и он сам всё увидит.
Как только лестницы были прочно установлены — один конец на земле, другой на небе, — миссис Корри, зажав под мышкой кисть, подхватила одной рукой юбки, другой взяла ведро и полезла по лестнице вверх, осторожно нащупывая ногами перекладины. Мэри Поппинс со своей корзинкой полезла по другой лестнице.
миссис Корри окунула кисть в ведро и стала мазать клеем небо. А Мэри Поппинс взяла из корзины что-то блестящее и стала пришлёпывать к намазанному клеем небу
И тут началось нечто невероятное. Добравшись до верхней перекладины, миссис Корри окунула кисть в ведро и стала мазать клеем небо. А Мэри Поппинс взяла из корзины что-то блестящее и стала пришлёпывать к намазанному клеем небу. Когда она убрала руку, они увидели, что она приклеила к небу золотую звёздочку с пряника. И та сразу неистово засверкала, озаряя вокруг себя небо мерцающим золотистым светом.
— Это наши, — чуть не заплакал Майкл. — Наши звёздочки с пряников. Она думала, что мы спим, тихонько вошла и взяла их.
А Джейн ничего не сказала. Она не отрываясь смотрела, как миссис Корри мажет кистью небо, а Мэри Поппинс приклеивает к нему звёзды. Когда места на небе не хватало, мисс Фанни и мисс Анни двигали лестницы дальше.
Наконец работа была окончена. Мэри Поппинс перевернула корзинку и потрясла — корзинка была пуста. Тогда обе дамы спустились вниз, и процессия двинулась в обратный путь, мисс Фанни тащила на плечах лестницы, а мисс Анни позвякивала пустым ведром. На углу остановились, перекинулись о чём-то несколькими словами, Мэри Поппинс пожала всем руки и заспешила по Вишнёвой домой. А миссис Корри, пританцовывая в своих мягких сапожках, изящно подхватив юбки, исчезла в противоположном направлении вместе с громко топавшими дочками-великаншами.
Скрипнула садовая калитка. Зашуршал гравий под ногами. Отворилась входная дверь и тихонько закрылась. Джейн и Майкл услышали тихие шаги Мэри Поппинс по лестнице; она прокралась на цыпочках мимо детской, вошла в комнату, где спали близнецы, разделась и легла спать.
Как только звук её шагов смолк, Джейн с Майклом переглянулись, не сказав ни слова, подошли к комоду и заглянули в левый верхний ящик — в нём ничего, кроме стопки носовых платков, не было.
— Я тебе говорил, — сказал Майкл.
Открыли платяной шкаф, заглянули в коробку, она тоже была пустая.
— Как это? Почему? — говорил Майкл, сидя на краешке постели и глядя несчастными глазами на Джейн.
А Джейн опять ничего не сказала. Она сидела рядом, обхватив руками коленки, и думала, думала. Но вот она откинула назад волосы и встала.
— Знаешь, что я хочу знать? — взглянула она на Майкла. — Звёзды сделаны из золотой бумаги или золотая бумага из звёзд?
Майкл не ответил. Да Джейн и не ожидала ответа. Она понимала, объяснить это может только кто-нибудь гораздо мудрее Майкла.

- Страница 14 -