Самураи (Рыцари Дальнего Востока) - Тарновский В. - Страница 5

1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 [1 Голос]

Самураи (Рыцари Дальнего Востока)



Как жили самураи в эпоху Токугава?

После того как «эпоха воюющих провинций» ушла в прошлое, Иэясу Токугава и его преемники начали наводить новые порядки в истерзанной, залитой кровью стране. Они хотели построить такое государство, в котором ни у кого не было бы никакой возможности плести заговоры, чинить насилие или развязывать гражданскую войну. Чтобы в зародыше пресечь малейшее непослушание, новые государственные мужи приняли радикальные меры.
Одна из них касалась императора. Ему и придворной знати с ее вечными интригами было запрещено вмешиваться в политику. В 1615 г. Иэясу издал указ, резко ограничивший права тэнно: ему дозволялось лишь участвовать в религиозных обрядах и церемониях, посвященных государственным праздникам, а также покровительствовать философам, поэтам и художникам.
Чтобы удержать политическую власть в руках военных, Иэясу назначил на все ключевые посты в стране преданных ему самураев.
Возглавлял государственный аппарат самурай наивысшего ранга — сёгун. Его резиденция располагалась в Эдо, нынешней столице страны Токио. Оттуда он правил как абсолютный монарх: слово его было законом, любой приказ исполнялся.
Следующее после сегуна место в иерархии занимало военное правительство — бакуфу. Большинство его министров, равно как и все чиновники, занимавшие высокие должности в сёгунате Токугава, происходили из самых знатных семей самураев. Они должны были обеспечивать выполнение приказов сегуна во всех уголках страны.
Следующую за сегуном и членами бакуфу ступеньку в государстве Токугава занимали самурайские владетельные князья (даймё), управлявшие 260 провинциями страны. Править им, конечно, полагалось не по собственному усмотрению, как было накануне гражданской войны, а согласно предписаниям бакуфу. Даймё регулярно приезжали в сёгунскую столицу и отчитывались перед бакуфу, которое могло в любую минуту отозвать их или назначить в другую провинцию.

Самураи После смерти Нобунаги Оды его близкий друг и сподвижник генерал Хидэёси Тоётоми (1536–1598) (слева) продолжил начатое Нобунагой объединение страны. Иэясу Токугава (1542–1616) (справа), преемник Тоётоми, завершил создание нового государства, просуществовавшего больше 250 лет.

Среди рядовых самураев лишь немногие подчинялись непосредственно сегуну в Эдо. Значительная же их часть — около 400 тысяч воинов со своими семьями — находилась в распоряжении провинциальных даймё. Именно в столицах провинций жило большинство самураев — кто в крепости своего господина, кто в небольших, стоявших неподалеку домах. Так некогда сельские жители становились горожанами.
В провинциях самураи выполняли обязанности, которые возлагал на них даймё.
Одним выпадала военная стезя: они служили в полицейских войсках или личной гвардии даймё либо несли сторожевую службу в крепости. Но большинство занималось мирной деятельностью: самураи управляли поместьями и товарными складами, взимали налоги, набирали крестьян для строительных работ. За это они получали жалованье. В наши дни их назвали бы чиновниками.
Но эти «чиновники» не считали себя людьми штатскими; нет, они по-прежнему видели себя в первую очередь воинами и, вдобавок, элитой нации. Это объясняется их военным воспитанием и особым образом жизни: даже в мирное время они обязательно подолгу тренировались, совершенствуя свои навыки в обращении с оружием.

Самураи Самураи Сегуны из дома Токугава, помня об ужасных уроках столетней гражданской войны, ввели строгий контроль за провинциальными князьями (даймё). Отныне каждому почти из 250 даймё полагалось через год с семьей и свитой приезжать в столицу. По прошествии года даймё возвращался в свои владения, а его жена и дети оставались при дворе сегуна в качестве заложников. С тех пор по всей стране потянулись длинные караваны — это даймё в сопровождении многочисленной челяди переезжали с места на место.
На этой миниатюре изображена такая процессия. В центре — паланкин князя, который охраняют его самураи. Впереди и позади него слуги несут вещи господина.

Но еще важнее для самосознания самураев было их исключительное положение в обществе, которое за ними признавал закон. Уже вскоре после своего вступления в должность сёгун Иэясу разделил своих подданных на четыре сословия: дворян (самураев), крестьян, ремесленников и торговцев. «Но самураи, — так говорилось в соответствующем указе, — господа среди четырех сословий».
О том, что это значило на деле, говорит такой пример. Любой самурай, от сегуна до простого караульного солдата, обладал особой привилегией, закрепленной законом, — правом «убить и уйти». Под этим подразумевалось право самурая казнить любого человека, не оказавшего ему должного почтения. Случаи подобных расправ были нередкими, и воспринимались они как нечто само собой разумеющееся.

Любого самурая простолюдины должны были встречать с величайшей почтительностью. Забывший об этом рисковал — оскорбленный самурай по закону мог снести ему голову с плеч.Любого самурая простолюдины должны были встречать с величайшей почтительностью. Забывший об этом рисковал — оскорбленный самурай по закону мог снести ему голову с плеч.

 

МИР САМУРАЕВ

Каким моральным нормам следовали самураи?

Как вы уже поняли, сословие самураев объединяли не чины, не доставшиеся им за службу владения, не образ жизни — тут различия были велики: самураем был и сёгун, и рядовой воин. Сплачивало их всех нечто нематериальное — представление об идеальном, «доблестном человеке».
Каждый самурай стремился к высокой цели — стать «доблестным человеком».
Долгий и трудный путь к ее достижению идеологи самурайства обозначали особым термином — бусидо («путь воина»).
Бусидо был основным моральным законом, руководствуясь которым жил самурай. Прежде всего он должен был усвоить три главные добродетели: верность, чувство долга и храбрость — и никогда отступать от них. Под верностью кодекс бусидо подразумевал самую ценимую самураями добродетель — верность господину. Ни при каких обстоятельствах самурай не должен был нарушать эту заповедь. «Где бы ты ни находился, в горах или под землей, в любое время и везде мой долг обязывает меня охранять интересы моего владыки. Это — долг каждого подданного. Это — позвоночник нашей религии, неменяющейся и вечной». Так говорится в клятве воина из собрания самурайских наставлений начала XVII в. «Хагакурэ» («Сокрытое под листьями»).

Обучение искусству сражения копьем. В то время как учитель держит отвесно копье (яри), ученик направляет на него алебарду (нагинату).Обучение искусству сражения копьем. В то время как учитель держит отвесно копье (яри), ученик направляет на него алебарду (нагинату).

Второй добродетелью самурая кодекс бусидо считал чувство долга. Это понятие объединяло несколько моральных заповедей, и прежде всего долг самовоспитания, который требовал от самурая:
• честности (нельзя лгать, злословить, совершать бесчестные поступки);
• непритязательности (презрения к роскоши, деньгам, другим жизненным благам);
• приличия (соблюдения принятых этических норм; скромности и невозмутимости; сдержанности в чувствах).
Понятие чувства долга подразумевало, кроме того, и обязанности по отношению к другим. Это значило, что самурай должен:
• ни перед чем не отступать при выполнении долга;
• быть полезным своему владыке;
• быть почтительным к родителям;
• быть великим в милосердии.
Помимо верности и чувства долга третьей главной добродетелью самурая была храбрость. Под этим понималась не только отвага в бою, но и бесстрашие в обыденной, гражданской жизни. Этот принцип весьма почитаемый в Японии китайский философ Конфуций, живший около 552–479 гг. до н. э., облек в форму постулата: «Всегда неколебимо делай правое дело». Воину нельзя медлить, он должен не задумываясь заступиться за правое дело, даже если благородный поступок может стоить ему жизни. Ведь, как следует из кодекса бусидо, «правое дело — всё, жизнь — ничто».
Здесь мы подошли к самой сути самурайской морали: поскольку в соответствии с кодексом бусидо обстоятельства в любой момент могли потребовать от самурая пожертвовать собственной жизнью, то он должен осознавать, что жизнь не имеет никакой ценности («жизнь — ничто»). «Хагакурэ», собрание самурайских текстов, которое мы уже цитировали, учит:
«Бусидо — путь воина — означает смерть. Когда для выбора имеются два пути, выбирай тот, который ведет к смерти. Не рассуждай! Направь мысль на путь, который ты предпочел, и иди!»

Понравилась сказка? - Поделись с друзьями!

 

 

 

 

 

Система Orphus